Главная » Библиотека » Одержимость. Переворот в сфере коммуникаций GE (Лейн Билл)
{sort}

Одержимость. Переворот в сфере коммуникаций GE (Лейн Билл)

Настройки отображения Выбрать главу(96)
Перейти на    1 2 ... 44 45 46 47 48 ... 63 64

Избавьтесь от иллюзии, что, если вы экспромтом, без подготовки, сделаете презентацию для своих коллег, показав пару слайдов, сделанных в PowerPoint, ваше выступление будет классным. Поверьте моему опыту в GE, это не впечатляет аудиторию. Ее оскорбляет, когда выступающий не считает необходимым найти время на то, чтобы подготовиться. Это выводило из себя Уэлча, Боссиди, Даммермана и многих других.

Публика должна знать, как вы цените ее внимание и сколько времени ушло на подготовку выступления для нее. Но не надо говорить, как много времени вы потратили. Надо, чтобы это стало очевидным для аудитории благодаря качеству вашего выступления. Подготовка выступления для посторонней аудитории – это совсем другое.

56. Лучшая из лучших

Однажды Джек позвонил мне и пригласил к себе в кабинет обсудить речь, с которой он должен был выступать в компании Bechtel в Калифорнии через несколько недель. Bechtel, крупная инженерно-строительная компания, отмечала свой столетний юбилей. Стив Бехтель пригласил Уэлча выступить перед несколькими сотнями приглашенных. В числе гостей были Чарльз Шваб, бывший госсекретарь Джордж Шульц, сам Стив Бехтель и пара других крупных игроков. Тема была такая: «Что из того, чему мы научились за прошедшие сто лет, пригодится нам в последующие сто?»

Каждый выступающий подготовил восьмиминутную речь, а потом должно было проходить обсуждение в группах под руководством председательствующего.

Тема привела Джека в восторг, потому что она была довольно широкой и позволяла повернуть выступление куда угодно. Джек мог говорить именно о том, о чем он хотел.

Кроме того, ему представилась возможность отойти от всей этой сумятицы, увольнений и приемов, разных текущих проблем в бизнесе. Он мог сидеть и думать о победах и проигрышах, о победителях и проигравших, о том, каковы между ними различия.

Пару дней мы вместе обдумывали эту речь.

Потом я один работал над ней еще почти двенадцать часов, шлифуя то, что было записано с пленки. И сам Джек прибегал постоянно в зал, принося на клочках бумаги возникавшие у него новые мысли.

И это все ради восьмиминутной речи.

Спустя четыре-пять дней конечный продукт был получен и так сокращен, что умещался на нескольких небольших карточках и состоял из ключевых слов, отдельных фраз и риторики. Потом мы репетировали в конференц-зале, отложив остальные дела, и Джек, с его талантом убеждать, говорил для меня и моего магнитофона эмоционально и с вдохновением, будто перед толпой приглашенных.

– Записали? Давайте послушаем.

И я перематывал назад, чтобы Джек мог прослушать конец записи, при этом он повторял: «Прекрасно» или: «Нет, неправильно. Эту часть надо переделать». Иногда спрашивал: «Зачем вы сюда это добавили?» – «Что? Разве вы не помните, что это вы добавили?» – «Ах, да. Может быть».

А потом очень быстро и возбужденно повторял:

– Попробуем вот так…. Вот то, что надо, именно то, что надо! Записали? Дайте мне прослушать. Не меняйте ни одного слова. Ни слова! В этой части ваше творчество не нужно. Здесь замечательно и так.

И так продолжалось бесконечно долго. Но вот наконец раздалось:

– Все, закончили! Пусть Барб напечатает. Замечательно.

Вам нравится? Черт, так хорошо получилось, что я мог бы написать книгу!

Затем, прижав к себе карточки с тезисами, он воскликнул:

– Я не могу дождаться, когда это произойдет! Настолько здорово. Вам так не кажется, Билл?

– Да, мне нравится. Потрясающе получилось, Джек. На самом деле.

И вот Джек полетел в Сан-Франциско (наверное, впереди самолета), стремительно вбежал на трибуну – и сразил всех наповал. Его коллеги прочитали написанные их спичрайтерами стандартные речи. А Джек воспарил над всеми, ошеломив публику высотой мысли, искренней увлечен ностью, которая всегда была свойственна ему, напористостью, логичностью и безупречностью своего выступления.

После этого выступления на юбилее Bechtel я пришел к выводу, что страстная увлеченность на протяжении всей карьеры Уэлча была лучшим во всей программе, и, разумеется, большим его преимуществом. Он стремился сделать все, чтобы быть лучшим. Речь Джека не могла быть просто очень хорошей, она должна была быть лучшей из лучших.

А вы испытываете подобное, готовя свои презентации? Бывает у вас так, что вы не можете дождаться дня выступления, потому что уж слишком хорошо получилось? Или вы готовите просто очередной бесцветный и скучный доклад и будете наперегонки с аудиторией впадать в сон?

Вы никогда не испытаете этого зуда «не могу дождаться», если не проделаете многочасовой умственной работы, не подойдете к этому критически, не отрепетируете свою речь с теми, чья реакция для вас важна и кто может дать откровенную оценку вашей работы. Если вам небезразлично, как пройдет презентация или как прозвучит ваша речь, не пожалейте времени на то, чтобы сделать ее превосходной. Ну а если вам все равно, как вы будете выглядеть, – откажитесь от приглашения выступить.

57. Келлехер затмевает Джека; Баффет наводит на него ужас

Уэлч никогда не допускал того, чтобы кто-то мог превзойти, переиграть его. Но по иронии судьбы это произошло, причем «на нашем поле», в аудитории штаб-квартиры GE в Фэрфилде.

Один из крупнейших брокерских домов проспонсировал телемост, организованный для потребительской аудитории во всем мире. На этой дискуссии был очень хороший ведущий. Он сидел между Джеком и легендарным Гербом Келлехером из Southwest Airlines. Для своих «Боингов-737» Герб покупал двигатели у нашей компании. Все, включая Джека, относились к нему с симпатией. Около ста пятидесяти человек из GE заполнили места в зале, отбросив все дела и наблюдая за двумя суперзвездами, каждая из которых находилась на вершине успеха в своем бизнесе.

Келлехер – энтузиаст, умный и энергичный человек. В тот день он был в ударе, расхаживая по залу, курил, смеялся, шутил, бросал остроумные и веселые замечания то Джеку, то ведущему, в то время как аудитория взрывалась от хохота.

Он доминировал над всеми.

Я сидел в конце зала с руководителем по персоналу GE и, увидев застывшую улыбку на лице Уэлча, слегка толкнул соседа и сказал: «Посмотрите на лицо Джека. Он проигрывает. Я никогда не видел ничего подобного. Он что-то должен сделать. Посмотрите на его лицо!»

И правда, через минуту Джек стал бросать шуточки в адрес Герба, и ведущего, и даже публики.

Келлехер продолжал кружить по сцене, куря при этом и отвечая на реплики Уэлча, а потом шел в контратаку. Зал смеялся так, что половину их словесной дуэли не удавалось расслышать. Они были похожи на двух задиристых мальчишек в школьном дворе, каждый из которых пытался привлечь к себе внимание. Я даже подумал, не дойдет ли до того, что один из них спустит штаны и покажет другому зад.

Представление закончилось вничью, в победители вышла публика. Но мне еще раз стало очевидным нежелание Уэлча уступать место победителя и почести кому бы то ни было и где бы то ни было.

Абсолютный эгоизм. А вы что думали?

Уоррен Баффет – один из приятелей Уэлча и партнеров по игре в гольф. Помимо того что он являлся уважаемым в мире инвестором, он был также автором второго из получивших высокую оценку посланий к ежегодному отчету CEO.

Однажды утром я получил записку от Джека – фактически сопроводительный комментарий к тому, что написал Баффет на одном из экземпляров послания в ежегодном отчете GE. Уоррен написал что-то вроде: «Ничего лучше этого… никто в мире…» Джек снисходительно прокомментировал: «Билл, никто бы лучше не написал» – и отдал это мне.

Баффет должен был представить Джека на одном из предстоящих крупных форумов. Мы работали над высказываниями Джека, и он ими остался доволен. Но Уэлча приводило в ужас, что его будет представлять Баффет, пользующийся славой своенравного и острого на язык человека.

– Уверен, он обязательно что-нибудь бросит в мой адрес. Билл, как вы думаете, что это может быть?

Перейти на    1 2 ... 44 45 46 47 48 ... 63 64