Главная » Библиотека » Одержимость. Переворот в сфере коммуникаций GE (Лейн Билл)
{sort}

Одержимость. Переворот в сфере коммуникаций GE (Лейн Билл)

Настройки отображения Выбрать главу(96)
Перейти на    1 2 ... 24 25 26 27 28 ... 63 64

Когда Джек слушает речи, которые явно будут иметь последствия для выступающего, я так и вижу африканскую саванну и убегающую от льва антилопу. Уже почувствовав его клыки на своей шее, она хоть и вырывается, отпрыгивает, хромая и еще дыша, но уже инстинктивно чувствует, что скоро боль утихнет, потому что конец наступит очень быстро.

Когда выступление перед Джеком никуда не годилось, «отступить, прихрамывая» означало признать, что это провал, что ваша речь плохо подготовлена, плохо продумана, что вы не вникли в тему и не разобрались в цифрах, но что теперь вы поняли проблему, в чем вам помогли замечания Джека, и в будущем лучше справитесь с порученным делом.

При таком повороте дел нападающий обычно смягчался, затихал и даже становился снисходительным. Вот почему мой приятель с благоговейным трепетом рассказывал о том, как жертва сама подставляла горло, когда ее рвали зубами.

После введенных Джеком перемен в коммуникации GE никто не осмеливался лгать или замалчивать что-нибудь, по крайней мере на корпоративном уровне. Я уверен, что этого не происходило и на тех встречах, которые проводил я.

А ведь меня они не боялись.

Через восточное и западное крыло здания штаб-квартиры GE в Фэрфилде проходит извилистый коридор, который называют галереей GE. Там проходят захватывающе интересные выставки работ художников-пейзажистов Школы реки Гудзон, портретистов и масса современного дерьма в манере Мазеруэлла, которое обожал Джек. На одной из этих выставок, посвященной живой природе, в числе прочих можно было увидеть картину, где была изображена большая акула с открытой пастью и огромными зубами, почти как в фильме «Челюсти». Кто-то подписал прямо на раме «Джек Уэлч». Охранник видел автора «граффити», который и не пытался этого скрывать. Им оказался исполнительный вице-президент GE, которому хорошо досталось от Джека за его выступление: он был снят с должности, или, пользуясь эвфемизмом Джека, «пошел домой».

Нетерпимость к пустым и бесполезным презентациям была перенята у Джека его заместителями. Ларри Боссиди, новый вице-председатель правления и близкий друг Уэлча, просто не выносил глупцов и глупых презентаций. Он мог резко и грубо оборвать выступающего (правда, без оскорблений и крика, в отличие от Джека). У Айн Рэнд[30] есть книга под названием «Добродетель эгоизма». Ларри следовало бы написать книгу, назвав ее «Пороки терпения». Он требовал от выступающих раскрывать суть проблемы в самом начале и был недоволен, если этого не делалось.

Мне тоже пришлось сделать пару выстрелов за время своей карьеры в GE. Один из этих случаев связан с Фрэнком Дойлом, нашим исполнительным вице-президентом, ирландцем, интеллектуалом и в некотором смысле запасным, экстренным тормозом Уэлча.

Руководитель нашего направления двигателей сделал очень смелую презентацию, обратившись к вопросу переосмысления бизнеса, существовавшего уже сто лет, изучив участки крупносерийного производства на предмет того, могут ли они быть источником высокой прибыли. В своей презентации он утверждал, что некоторые крупные производственные линии отстают по рентабельности от иных низкосерийных производственных участков.

Меня взволновало это выступление, потому что речь шла о возможности использования этой практики многими – в качестве и метода обучения, и совместного применения. Однако реакция Ларри Боссиди, к моему удивлению, была негативной: «Эта речь рассчитана на людей с низким IQ».

Я сказал Фрэнку Дойлу от себя, что именно такими всегда должны быть наши выступления и так мы должны учиться друг у друга. И, недоумевая, передал ему реакцию Ларри.

Выходя из комнаты, Фрэнк произнес: «Думаю, он сказал так, потому что в этом выступлении есть подтверждение идей самого Ларри». Я был ошарашен.

Джек после этого выступления в Фэрфилде сказал: «Я не позволю ему устанавливать здесь свои правила игры». Это было в 1984 году.

«Или вы знаете больше, чем говорите мне, или это просто мыльный пузырь». Такой мыльный пузырь подбросила Зои Бэйрд, которую люди постарше помнят как первого кандидата на пост генерального прокурора при Билле Клинтоне.

Она была главным юристом GE, приятной дамой и хорошим специалистом. Но выступления ей не удавались. Не сложились и ее отношения с Джеком. И ей от него доставалось.

Самыми плохими ораторами в корпорации являются юристы, инженеры и экологи. Как-то в Кротонвилле, читая лекцию группе юристов GE, я обратился к их руководителю, вице-президенту, с вопросом: «Что я могу рассказать людям, которые зарабатывают на жизнь ораторским искусством, аргументируя судебные прецеденты и выступая в суде?»

Она ответила: «Скорее вы говорите о судебных адвокатах. Юристы в корпорации самые плохие докладчики. Бизнесменов они просто утомляют, запутывают, и те ненавидят их слушать. Им нужно с этим помочь».

30. Положительная сторона негативных отзывов

Горе было тому выступающему, чья речь не соответствовала стандартам Джека. Вот несколько типичных примеров реакции с его стороны.

«Первое, что мы сделаем на следующей неделе, – уволим этого беднягу: слишком много патетики и мало энергии». За этим следовал ряд непристойных слов, написать которые я просто не могу из уважения к своей матери.

К Боссиди: «Ларри, не хочу быть грубым, но мы напрасно тратим на него время». «Грубый» – это был эвфемизм дня. Я же представлял при этом, как искалеченного беднягу вытаскивают из дымящегося кратера к столу заседаний.

«Какое дерьмо!», «Какая скучища!» – занятно было послушать эти забавные комментарии к выступлениям – но только если не думать о том, что это может грозить крахом вашей карьере.

Иногда он употреблял слова, значение которых трудно было понять. Когда кто-нибудь пытался уточнить у меня, что имел в виду Джек, я только разводил руками:

«Единственное, что я могу сказать: это явно нельзя считать комплиментом».

Иногда проблемы с пониманием возникали в связи с тем, что он заикался, особенно в первые годы. Было просто невыносимо наблюдать, как он, впадая в ярость, начинал жутко заикаться.

Если во время презентации его возмущали какие-то выводы или рекомендации, то он мог прервать выступление и разразиться криками. Но это был тот полезный фермент, который необходим для нормального процесса брожения. Все это давало возможность найти компромисс, особенно если выступающий владел ситуацией и мог парировать, опираясь на реальные данные и разумные аргументы. Тогда он очень дружелюбно уверял выступающих, что те проделали огромную работу, он это очень ценит и их руководители тоже должны об этом знать.

Провальные выступления – это те, которые не были доработаны в процессе подготовки, не были продуманы или их вообще не готовили. Джек считал, что причиной могло быть отсутствие серьезного подхода и даже легкомыслие. Не попадайтесь на этом!

31. Как не ошибиться в человеке

Джон Маклафлин и вся его группа, которым мы спонсировали воскресную телевизионную передачу, были приглашены показать ее версию на встрече членов правления GE в Фениксе. В день их выступления мы с Джоном и Джойс Хергенхан сидели у бассейна и пили пиво. Джон предложил мне быть у него спичрайтером, но я пошутил, что это будет ему не по карману.

Я объяснял в общих чертах, чего именно Джек хочет от них: получасовое шоу после ужина, не для эфира, а для почти ста пятидесяти членов правления. Уэлч несколько раз повторил мне, что «оно не должно затянуться на всю ночь».

Я обратил на это внимание Джона, который заверил меня, что все будет в порядке, и попросил не волноваться.

Но я все же беспокоился, и постановочная группа сделала мне несколько больших, как плакаты, табличек, с которыми я должен был находиться в конце зала. На них были надписи: на одной – «10 минут», на другой – «5 минут», а также «2 минуты» и «1 минута». К тому же у меня была еще одна табличка, похожая на дорожный знак «стоп», которую я должен был поднять последней. Я показал их Джону, которого это развеселило, и он снова повторил мне: «Не волнуйтесь».

Перейти на    1 2 ... 24 25 26 27 28 ... 63 64