Главная » Библиотека » Все продается (Ридпат Майкл)
{sort}

Все продается (Ридпат Майкл)

Настройки отображения Выбрать главу(24)
Перейти на    1 2 ... 58 59 60 61 62 ... 90 91

Через несколько минут Кэти вышла из воды в дальнем от меня углу дворика и стала вытираться. Не знаю, заметила она меня или нет; скорее нет, потому что я лежал лицом вниз. Закрыв один глаз, в который било солнце, я смотрел, как Кэти медленно вытерла полотенцем сначала одну длинную, золотистую от загара ногу, потом вторую, потом выпрямилась, растерла плечи. Я восхищался изящными изгибами ее тела, которые соблазнительно подчеркивал купальный костюм.

Кэти легла и закрыла глаза. Минут через пять во дворике зашуршали чьи-то шаги. Я поднял голову и сразу узнал лысину Дика Вайгеля. Над резинкой его бермудских шорт, как надувной спасательный круг, нависло толстое брюхо. Думаю, он не заметил меня, потому что его внимание сразу привлекла Кэти, принимавшая солнечные ванны. Вайгель заковылял к ней, опустился на корточки и что-то сказал. Слов я не слышал, но видел, что Кэти приподнялась и спокойно ответила Вайгелю.

Потом Вайгель как бы невзначай положил руку ей на бедро. Кэти немедленно сбросила его руку, однако он снова, на этот раз более твердо, взял ее за бедро, а другой рукой попытался обнять за плечи.

Я не стал дожидаться реакции Кэти, вскочил, помчался к ним, схватил Вайгеля за руку и рывком поднял его на ноги. От неожиданности толстый коротышка пошатнулся, чем я не преминул воспользоваться, нанеся ему точный прямой удар в челюсть. Вайгель нелепо взмахнул руками и тяжело плюхнулся в бассейн.

Наверно, он на мгновение потерял сознание, но, оказавшись под водой, пришел в себя и тут же поднялся на поверхность. Он судорожно глотнул воздуха, поплыл к дальнему от нас бортику бассейна и вылез из воды. На каменные плиты с него стекала вода, он раскраснелся от ярости.

– Что ты делаешь, ... твою мать? – заорал он. – Я только хотел поговорить с этой сучкой. Тебе это так не пройдет! Теперь береги свою жопу, Марри! Я тебя раздавлю, как комара!

Вайгель поднял свое полотенце и, не переставая выкрикивать угрозы и оскорбления, ушел. Я молча проводил его взглядом.

Кэти сидела на лежаке, обхватив колени руками и опустив на них голову.

– Как вы думаете, Вайгель наконец поймет, что каждый раз, как только он снова станет приставать к вам, ему будет больно? – сказал я.

– Надеюсь, – ответила Кэти, уставившись в одну точку перед собой.

Я сел на лежак рядом с ней. Несколько минут мы молчали, но я чувствовал, что ее гнев постепенно утихает.

– Ненавижу эту контору, ненавижу всех, кто в ней работает, – пробормотала Кэти.

Я ничего не сказал. Я мог лишь посочувствовать ей, которая вынуждена работать на такого подонка, как Вайгель, быть у него на побегушках, терпеть его наглость. Ничего удивительного, что она ненавидела свою работу. Но тогда непонятно, зачем она держится за нее? Кэти казалась мне достаточно сильной личностью. Почему бы ей не послать всех к черту и не уйти? Наверно, она не хочет так легко сдаваться, подумал я.

Занятые каждый своими мыслями, мы посидели еще минут пять, потом Кэти выпрямилась и встала. На ее лице на мгновение появилась нервная улыбка.

– Спасибо, – почти шепотом сказала она мне, схватила свою одежду и выбежала из дворика.

Дневное заседание началось в два часа. Я слушал, как исполнительный директор компании кабельного телевидения рассказывал о своих планах создания и эксплуатации крупнейшей и лучшей в стране сети, но смысл его пламенной речи доходил до меня с трудом. Вполуха слушал я и директоров двух других компаний, которые выступали позже. Мои мысли были всецело поглощены Кэти. В те минуты у бассейна я впервые ощутил, что она мне не безразлична. Мне не давали покоя ее незащищенность, ее ранимость. Та напористая женщина-бизнесмен, с которой я познакомился в лондонском офисе нашей компании, вдруг оказалась смелой, но гонимой девушкой, которая нуждалась в защитнике.

На тот вечер программой конференции предусматривалось барбекю со спиртными налитками возле главного плавательного бассейна отеля. С вершин «Верблюда» дул легкий прохладный ветерок. Он рябил воду в бассейне, и в ней плясали отражения тлеющих в жаровнях углей, белых скатертей на столах, десятков блейзеров и летних платьев участников конференции и гостей. С другой стороны бассейна до меня доносились непринужденный смех и пение сверчков. Все это происходило под неестественно звездным небом, казавшимся мне голливудской декорацией.

Вечер был прекрасным. Разыскивая Кэти, я переходил от одной группы серьезных молодых мужчин и женщин к другой, обмениваясь с ними несколькими вежливыми фразами. Всем нужно было расслабиться после двух напряженных дней.

Осматриваясь, я перехватил взгляд Вайгеля. Этот подонок не из тех, кто забывает и прощает, подумал я.

– Пол? – раздался у меня за спиной женский голос. Я повернулся. Это была Мадлен Джансен.

– О, добрый вечер.

– Как вам понравилась конференция?

– Э-э, было очень интересно, – сказал я, оглядываясь по сторонам.

Мадлен спросила еще что-то и выжидающе смотрела на меня, очевидно, рассчитывая на ответ. Я пропустил ее вопрос мимо ушей.

– Прошу прощения, я прослушал. У меня был тяжкий день, – извинился я.

– Вам понравились какие-нибудь компании?

– Да, одна. «Фэруэй». У меня осталось довольно хорошее впечатление.

Где же она? Должна быть где-то рядом.

– Ах, так?

Наконец-то я ее увидел.

– Прошу прощения, – извинился я перед Мадлен и стал проталкиваться к ней.

Кэти стояла в центре небольшой группы и разговаривала с Кэшем. На минуту я остановился, мне хотелось просто смотреть на Кэти, восхищаться ею. На ее лице танцевали отблески тлеющих углей, освещая ее улыбку, отбрасывая тени, от которых ее темные глаза казались не просто большими, а огромными. Я подошел ближе.

– Кэти, – позвал я. Она повернулась, увидела меня, и на мгновение ее вежливая улыбка стала радостной, сияющей. Она немного зарделась и сказала:

– Добрый вечер.

– Добрый вечер.

Последовала пауза. Не неловкая и не трудная, просто пауза.

– Теперь вам лучше? – спросил я.

– О, вы имеете в виду после того, что произошло днем? – сказала она. – Да, все в порядке. И спасибо за все.

Голос Кэти подсказал мне, что это не просто вежливая фраза, что она действительно благодарна мне. Я обвел взглядом сотни людей, развлекавшихся под звездным небом пустыни.

– Вы не в первый раз на подобных представлениях? – спросил я.

– В первый, но в Финиксе я однажды уже была, – ответила Кзти. – На автобусе «Грейхаунд». Это было несколько лет назад. Я тогда была студенткой, поэтому в таких отелях мы, конечно, не останавливались. Мы исколесили всю Америку.

– Вы путешествовали одна?

– Нет, с приятелем.

Я представил себе Кэти-студентку, путешествующую по жаркой Аризоне. Беззаботная, веселая, в джинсах, в майке, длинные волосы собраны в «конский хвост». «Счастливчик», – подумал я и покраснел, поняв, что произнес это слово вслух.

– Я не встречалась с ним уже много лет, – засмеялась Кэти.

– А сейчас вы с кем-нибудь встречаетесь? – сорвалось у меня с языка. Лишь когда эти слова были произнесены, я понял, насколько важным для меня был этот вопрос и как я надеялся получить желанный ответ.

Я получил тот ответ, на который надеялся.

– Нет, – сказала Кэти, – ни с кем. Она помедлила, потом бросила на меня взгляд. – А вы?

Я сразу вспомнил Дебби, ее круглое лицо, ее всегда смеющиеся глаза и то, о чем мы болтали за несколько часов до ее смерти. Тот разговор открыл мне глаза на многое. Я понял, что жизнь дается человеку для того, чтобы он наслаждался ею и делил ее с другими людьми. Таким человеком для меня могла бы стать Дебби. Дебби умерла, но я не забыл ее жизнелюбия, мне казалось, она и сейчас требует, чтобы я остался с Кэти, смеется над моей застенчивостью. Но объяснить все это Кэти я не мог.

– Нет, ни с кем, – сказал я. Мне показалось, что мои слова подействовали на Кэти успокаивающе, и я приободрился. – Так где вы еще побывали на том автобусе? – спросил я.

Перейти на    1 2 ... 58 59 60 61 62 ... 90 91