Главная » Библиотека » Знаковые люди (Соловьев Александр)
{sort}

Знаковые люди (Соловьев Александр)

Настройки отображения Выбрать главу(154)
Перейти на    1 2 ... 28 29 30 31 32 ... 59 60

Муцухито стал императором 3 февраля 1867 года, и в первый раз за многие века японский монарх имел на своей стороне серьезную вооруженную силу. Умный, не лишенный политической дальновидности сегун Есинобу – глава клана Токугава – пытался маневрировать, но партия реформ, поддержанная самураями Сацумы и Тесю, не желала компромиссов, и уже в январе 1868 года в Японии вспыхнула гражданская война. Благодаря европейской выучке сацумской армии войска сегуна были разгромлены, несмотря на свое трехкратное численное превосходство, и судьба сегуната была окончательно решена. Примечательно, что армией, которая сражалась под императорскими знаменами, командовал сацумский полководец Сайго Такамори – враг всего иностранного, впоследствии возглавивший самое мощное восстание самураев против модернизации.

Наконец, Есинобу окончательно отрекся от власти, и партия реформ, группировавшаяся вокруг трона Муцухито, смогла приступить к осуществлению своей программы. Реформы начались с церемонии принесения императорской клятвы, состоявшейся 14 марта 1868 года. Император, вопреки обычаю, воспрещавшему подданным его лицезреть, не отгородился от присутствующих традиционным занавесом, что уже выглядело как маленькая революция. Кроме того, Муцухито пообещал устранить «дурные обычаи прошлого», допустить подданных к управлению страной, а также объявил, что отныне «знания будут обретаться во всем мире». К тому же сам император переехал жить в Токио, как теперь стал называться Эдо, что также свидетельствовало о начале новой эпохи. В Японии была провозглашена эра Мэйдзи, то есть эра просвещенного правления. Впоследствии и самого Муцухито стало принято именовать императором Мэйдзи.

Обычно крупные реформаторы проводят свою политику с опорой на светлый образ более или менее удаленного прошлого, и японские реформаторы не стали исключением. В ход пошла идея возвращения к полумифической эпохе, предшествовавшей сегунату, когда вся полнота власти якобы принадлежала императору. По существовавшей традиции феодальные князья, которые безраздельно господствовали в своих владениях, в начале правления каждого сегуна официально «вручали» свои земли новому владыке, а тот тут же возвращал их назад, подтверждая тем самым привилегии феодалов. Однако на этот раз князей ждал сюрприз – молодой император после формальной передачи ему земель объявил их своей собственностью, опираясь на лозунг возвращения к «незамутненному прошлому» досегунской эпохи.

Поначалу, правда, князьям разрешили оставаться в своих владениях на правах наследственных губернаторов, но в 1871 году княжества были ликвидированы, а на их месте возникли префектуры, которые возглавили чиновники, находившиеся на казенном содержании. На этом борьба со старыми привилегиями не закончилась. Еще в 1870 году простолюдинам разрешили обзавестись фамилиями, что раньше разрешалось лишь самурайскому сословию, а в 1871 году и самим самураям «позволили» отказаться от двух мечей и характерной прически. Самураи роптали, но их недовольство до поры худо-бедно удавалось гасить с помощью государственных пенсий и раздачей постов в новой армии и полиции. Впрочем, лучшие места доставались выходцам из кланов Сацума и Тесю, так что самураи все же время от времени бунтовали, а после провала мятежей, как водится, совершали сеппуку. Но власть и не думала уступать: в 1872 году старое сословное деление и вовсе отменили, было провозглашено равенство перед законом всех жителей империи.

Одновременно правительство усердствовало на экономической ниве. В 1870 году была введена единая денежная единица – иена, привязанная к серебряному, а затем и к золотому стандарту. До того в Японии, помимо золотых и серебряных монет, имели хождение десятки разнообразных ассигнаций, которыми пользовались в отдельных княжествах, городах и областях. Теперь порядок был наведен, впрочем, инфляция еще долго не давала японцам покоя. Был решен и вопрос наполнения казны. В первые годы правления Мэйдзи основным источником финансирования правительственных мероприятий были конфискованные земли клана Токугава, налоги с которых пошли в закрома государства; после ликвидации княжеств такого рода налоговые поступления многократно выросли. Правда, налоги эти уплачивались в основном рисом, поэтому в 1873 году был введен единый денежный налог на землю в размере 3 % ее стоимости, который отныне составлял порядка 80 % всех доходов бюджета. Для крестьян уплата поземельного налога означала расставание с половиной урожая, но на проведение масштабных реформ денег все же не хватало, вследствие чего правительство постепенно вводило новые налоги и повышало старые. Так, появились налоги на продажу сакэ, риса, соевого масла и т. п., а также гербовый сбор. Приличные суммы приносила и табачная монополия.

Но самым успешным мероприятием стала капитализация пенсий, которые государство выплачивало бывшим князьям и самураям в том числе рисом. В 1876 году самураям была единовременно выплачена пенсия за несколько лет вперед. Причем половина суммы выдавалась наличными деньгами, половина – облигациями госзайма со ставкой 5-7 % годовых. Общая сумма выплат составила порядка 173 млн иен. Лица, получившие пенсию, вкладывали ее в созданные правительством банки, а банки кредитовали правительство. Монетизация самурайских пенсий позволила казне избавиться от обременительной расходной статьи и одновременно сформировать банковский сектор, который, в свою очередь, обеспечил финансирование реформ. Одних внутренних займов, конечно, не хватало, и время от времени приходилось брать деньги за рубежом, но крупных долгов правительство не сделало, поскольку издержки реформ можно было переложить на плечи дисциплинированных и непритязательных подданных.

Особая забота была проявлена в отношении транспорта и средств связи. В 1870 году между Токио и Иокогамой, где располагалась крупная колония иностранных бизнесменов, была открыта первая в стране линия телеграфа, а через два года эти города связала и первая в Японии железная дорога. Население осваивало новшества с трудом. Некоторые, прослышав о том, что телеграф работает быстрее обычных почтовых курьеров, залезали на телеграфные столбы и привязывали письма и посылки к проводам. С поездами были свои неувязки. Иные пассажиры, привыкшие, как велит японский обычай, разуваться перед входом в жилище, снимали обувь, перед тем как зайти в вагон. Многие из них сильно расстраивались, не обнаружив ее в пункте назначения.

Не забыли и о школе. В 1872 году в Японии была создана система всеобщего образования. Все дети в возрасте от 6 до 10 лет должны были ежегодно отучиться по 32 недели. Существовали и высшие школы, обучение в которых не было обязательным, а также университеты. Из всех реформ эпохи Мэйдзи школьная оказалась одной из самых успешных: к концу XIX века в школы ходило порядка 80 % японских детей – недостижимый показатель для тогдашней России, например.

Во главе всей этой кипучей деятельности стояли императорские министры, такие как Ито Хиробуми, Окубо Тосимити, Кидо Такаеси, Мори Аринори. Но и сам император в управлении был не на вторых ролях – последнее слово, так или иначе, всегда оставалось за ним. В целом же это был довольно ординарный человек, любивший послушать граммофон, посмотреть военный парад и как следует выпить. Впрочем, Муцухито имел дар внимательно выслушивать своих одаренных министров – вникнув в суть дела, он, случалось, смело принимал самые радикальные их предложения.

Перейти на    1 2 ... 28 29 30 31 32 ... 59 60